Крупности планов. Деталь в кино

Крупности планов составляют важнейшую часть киноязыка. Именно использование различных крупностей помогает режиссеру управлять зрительским вниманием и направлять его. В частности в этом процессе помогает использование детали, о которой мы и поговорим в новой небольшой статье.


Одно из важнейших отличий кинематографа от театра заключается в том, что режиссер фильма показывает зрителю только то, что он считает нужным показать — в театре же зритель смотрит на сцене туда, куда хочет. И эта особенность киноискусства (которую поддерживают крупности планов и монтаж) далеко не всегда используется самими кинематографистами в полной мере. Возможно потому, что они порой не придают имеющимся у них инструментам должного значения.
Данным материалом мы продолжаем цикл статей, посвященных работе с крупностью планов и их значению. Сегодня поговорим о том, что такое деталь в кино.

Первоначально художественный кинематограф недалеко ушел от театра: на заре его существования самые первые режиссеры и операторы предпочитали устанавливать киносъемочный аппарат таким образом, чтобы кадр охватывал всю декорацию и артистов в полный рост. Небезызвестного Жоржа Мельеса даже прозвали «Господин из партера», потому что в его фильмах в нижней части кадра обычно был заметен пол театральных подмостков.

Но, в конце концов, кинематограф стал осознавать себя самостоятельным искусством, и одним из важнейших открытий на этом пути стало появление крупности планов. Ранее мы уже успели поговорить о крупном и общем планах. Логичнее, пожалуй, было бы коснуться теперь среднего, но на мой взгляд, с ним всё в значительной степени ясно. Более важным мне кажется затронуть именно вопрос о детали.

Деталь — как раз такая крупность, которая способна максимально сосредоточить внимание зрителя на каком-то конкретном элементе сцены. Именно деталь совершенно недоступна для театра, но чрезвычайно эффективна в кино. Она позволяет аудитории сфокусироваться на чем-то, что, возможно, на общем или среднем плане не попалось бы нам на глаза.

Лев Кулешов, выдающийся советский кинорежиссер и педагог, соединял понятия детали и сверхкрупного плана, утверждая, что деталь — это не только крупное изображение какого-либо предмета, но также части человеческого тела (глаз, носа, пальцев и т. д.). По крайней мере, подобную позицию Кулешов излагает в своей работе «Основы кинорежиссуры». Вообще крупности планов очень полезно изучать по его книге, в ней даются очень подробные пояснения.
Однако я все же предпочел бы для удобства рассматривать деталь отдельно, именно как изображение неодушевленного предмета.

Рассмотрим, какими бывают детали и в каких случаях они используются.

Самый простой случай, когда применяется деталь в кино — обыкновенный акцент. Примеров ему в истории кино можно найти великое множество. Целую вереницу подобных деталей содержат в себе открывающие титры фильма Джоэла и Итана Коэнов «Большой Лебовски».

Здесь не используются практически никакие крупности планов, кроме детали. Чередой детальных кадров нам показывают быт и особенности боулинг-клуба, занимающего большое место в жизни основных персонажей картины. Здесь и пиво, и какие-то автоматы, и отполированные паркетные дорожки, и шары, и кегли, и многое другое.

Часто деталь в кино применяется тогда, когда необходимо выдать зрителю дополнительную информацию, обостряющую или уточняющую драматургическую ситуацию.

Скажем, в легендарном фантастическом боевике Джона Карпентера «Побег из Нью-Йорка» зритель часто видит специальный таймер, прикрепленный к запястью главного героя, Змея Плисскена. Это нужно для того, чтобы постоянно информировать зрителя о течении времени — ведь Плисскену необходимо выполнить задачу за 24 часа, иначе он погибнет от введенных ему в организм микрозарядов.

Этот детальный план повторяется неоднократно на протяжении фильма в разных вариациях, показывая как срок, отведенный герою, неуклонно подходит к концу.

Развитием предыдущего варианта является включение детали в нагнетание саспенса (т. е. эмоционального напряжения). Об этом много говорил еще великий Альфред Хичкок: «Зритель включает известную ему информацию в оценку происходящего». И деталь в кино позволяет постепенно приводить зрителя к полному пониманию обстоятельств сцены, управлять его эмоциональным состоянием.
Подтверждение тому мы можем найти в открывающей сцене из фильма «Скалолаз» Ренни Харлина.

Здесь мы видим, как при помощи детали, режиссер показывает нам, как постепенно трескается карабин, натягивается трос и девушка повисает над пропастью. Такие крупности планов позволяют поддерживать напряжение зрителя.

В свою очередь стоит упомянуть отдельное назначение детали при монтаже — функция перебивки. Например, на монтажном столе нам необходимо смонтировать сцену из нескольких дублей одного и того же кадра. Склеить фрагменты двух или трех дублей подряд невозможно (вернее, конечно, возможно, но если это обосновано творческой концепцией), и мы можем использовать деталь как промежуточный фрагмент, позволяющий нам перейти от одного дубля к другому.

Из собственной практики я могу сказать, что на съемочной площадке обязательно нужно снимать побольше деталей. Вполне возможно, что они не пригодятся при окончательной сборке картины, но они могут серьезно помочь при поиске нужной манеры повествования, расставить акценты и сделать эпизод интереснее, точнее и кинематографичнее.

Так что призываю всех, кто только начинает свой путь в кино, внимательнее относиться к деталям, больше обращать на них внимания при просмотре фильмов и при съемке собственных произведений.

Об авторе: Влад Дикарев

Независимый режиссёр и сценарист Мой профиль в социальной сети ВКонтакте

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2019 Craftkino // Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru